08605a1a

Сагабалян Руслан - Аукцион



Руслан САГАБАЛЯН
АУКЦИОН
- Прости меня, Чу, - сказал Пап обезьянке, сидевшей у него на плече и
беззаботно грызшей орех. - Я вынужден это сделать.
Обезьянка насторожилась, пригнула головку, словно хотела что-то
прошептать ему на ухо.
Светило висело низко, над самой крышей гостиницы, а лениво, нехотя
согревало планету.
Зеркальные двери бесшумно распахнулись.
За высокой стойкой вяло перебирал четки смуглый гиянин. Увидев
приближавшегося Папа, он отложил четки и изобразил на лице улыбку.
- Я вас приветствую на планете Гий. Только что прибыли?
- Да, - сказал Пап и почему-то прибавил: - Пассажирским.
- Вы, разумеется, впервые на Гии... Надолго?
- Не знаю. Как получится...
- Понятно. - Улыбка словно навечно отпечаталась на лице гиянина. -
Решили попытать счастья. Сложное это понятие - счастье... сложное.
Наверное, и вы наслышаны о нашей планете?
Пап промолчал. Обезьянка грызла орех.
- Видимо, вам нужен номер поменьше? - осведомился гиянин, мельком
взглянув на потрепанные, запылившиеся ботинки Папа.
- Да.
- Величины теряют свое значение перед бесконечностью Космоса. И время
тоже... Пусть это вас не смущает.
Гиянин был настроен философски. У Папа от голода сосало под ложечкой.
Обезьянка выплюнула ореховую скорлупу в лицо гиянину. Тот лишь на миг
недовольно сморщился и вновь улыбнулся как ни в чем не бывало.
- Извините, - сказал Пап.
- Да что вы, ничего. А что это за животное?
- Это обезьяна с Земли.
- Забавная какая...
"Прости меня, Чу..."
- Я бы хотел продать ее. Где это можно сделать?
Гиянин потянулся через стойку и осторожно коснулся обезьянки.
- Забавная, - повторил он. - А что она умеет?
Пап снял обезьянку с плеча и, поставив ее на стойку, приказал:
- Чу, покажи, что ты умеешь.
Чу послушно повиновалась. Она сделала стойку на передних лапках, а
задние при этом смешно раскачивались в воздухе.
- А теперь покажи, как ходят кокетливые дамы.
Чу, переваливаясь, гордо прошла от одного конца стойки к другому.
- Изобрази Папа. Пап - это я.
Обезьянка прошлась по-стойке, удивительно точно подражая походке
хозяина.
- Чу, умри!
Чу легла и неподвижно застыла.
- Можешь показать, что делал гиянин, когда мы зашли?
Обезьянка с готовностью взяла брошенные гиянином четки и с важным видом
стала их перебирать.
- Прекрасно, прекрасно! - захохотал гиянин.
- Кстати, эти четки тоже с Земли, - заметил Пап.
- Что вы говорите! - Гиянин не глядел на четки. Он гладил обезьянку. -
Молодчина! Смешное, очень смешное животное.
- Смогу я ее продать?
- Конечно, - с готовностью ответил гиянин. - Только через аукцион.
Другой формы торговли у нас нет. Двадцать пять процентов выручки ваши.
- Двадцать пять?..
- Да. Это не так уж мало. Если вы согласны, оставьте зверька у меня.
- Хорошо.
Обезьянка грызла четки. Пап полез в карман, достал три ореха и положил
их на стойку. Чу схватила его палец и стала сосать, причмокивая.
Пап улыбнулся.
- Мы с ней старые друзья, - сказал он.
Гиянин понимающе кивнул и протянул Папу ключ от номера.
Пап в нерешительности стоял у стойки.
- Нельзя ли мне что-нибудь поесть... за счет моей будущей выручки?
Гиянин снова кивнул.
- Разумеется. Вам принесут в номер. Можете поспать. Я вас разбужу перед
аукционом.
Обезьянка запищала и прыгнула Папу на плечо.
- Нет, Чу, - сказал Пап, снимая ее с плеча, - ты останешься тут.
Он поставил ее на стойку, но она вцепилась ему в палец и не отпускала.
- Чу, умри! - приказал Пап.
Обезьянка отпустила палец и послушно легла.
- Есть у вас какая-нибудь кор



Назад